• Ноябрь 2018
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    « Фев    
     1234
    567891011
    12131415161718
    19202122232425
    2627282930  

стало известно в городе

Все это стало известно в городе. Иркутские дамы так-называемого „общества», возмущенные, поехали к губернатору Носовичу и настояли на том, чтобы он сделал уступки. Почти все наши требования были удовлетворены, голодовка прекратилась. Иркутское общество стало посылать голодавшим всякие съестные продукты, виноград, вино, конфекты. Сочувствие всех было на нашей стороне.

Должна сказать здесь уж кстати, что наши бунты не оставались без влияния и за стенами тюрьмы. Так, на Кару приезжал какой-то чиновник Русинов, который вошел к нам со словами: „Я послан узнать, что здесь с вами делают; общество и заграничная пресса нам не дают покоя из-за вас».

Влияние было и на стороживших нас солдат. В одной из наших историй на Каре, когда комендант приказывал „затащить» нас в камеры, старший жандарм от лица пяти других ответил: „Ваше высокоблагородие, мы не тигры какие, чтобы набрасываться на беззащитных женщин, увольте нас, только мы не согласны. Комендант опешил.

Последствия этой голодовки были тяжелы. У Россиковой отнялись ноги. Богомолец стала подозрительно кашлять, очень ослабела, у Кутитонской быстро пошел туберкулезный процесс, у Ковалевской совершенно не действовал кишечник и только после долгого времени ежедневной электризации она стала поправляться, очень медленно, у меня возобновилось кровохаркание.

Иркутский суд приговорил меня за побег к 90 плетям. Носович нашел, что суд назначил слишком большое количество и внес поправку: „Наказать плетьми через палача по мере ее сил» (курсив мой).

Ко мне вошли два врача со смотрителем тюрьмы, для освидетельствования.

Узнав цель их прихода, я вежливо попросила их удалиться, заявив, что я не позволю себя осматривать для этого, а телесное наказание смогут привести в исполнение только над моим трупом.

Врачи, поклонившись мне весьма почтительно, удалились. Уголовные арестанты, узнав об этом, подняли шум. Кричали громко во всех камерах, что они не дадут наказывать Ковальскую, разнесут всю тюрьму.

Комметирование закрыто.